Тумба

Шесть лет назад Венера с мужем и двумя детьми приехала в Актау из Каракалпакстана. Трое других детей родились уже здесь. Сначала снимали жилье, но в дальнейшем они уже не могли платить за съемную квартиру – постоянной работы не было, равно как и регистрации. Потом глава семейства стал выпивать, набрасываться на жену и детей. Венера с детьми одно время жила у родственников гражданского мужа, но случилось так, что прошлым летом они провели две недели на берегу моря в 15 микрорайоне на хлебе и воде, укрываясь от пьяного отца. Затем ушли на ипподром, ночевали под металлическим навесом…

В середине января дети, после того, как мать обратилась к участковому, были определены в центр адаптации несовершеннолетних (ЦАН) Мунайлинским отделом внутренних дел. Венера рассказывает, что до этого она попыталась обратиться в детский дом. Однако испугалась, что ее могут лишить родительских прав.

По информации работников Департамента по защите прав детей, документов на них нет, руководство ЦАН добилось выдачи справок из роддома о том, что трое младших родились в Актау. Департамент направил запрос в миграционную полицию об оказании содействия семье Орызгалиевых. Был получен ответ, что семья не зарегистрирована в журнале временной регистрации, но вопрос взят на контроль. Передано ходатайство в Департамент юстиции и ЗАГС об оказании помощи в получении документов. Матери, как сказали в Департаменте, необходимо узаконить проживание на территории Казахстана, поскольку она является гражданкой Узбекистана.

Старшая дочь Венеры успела закончить пять классов школы, и уже четыре года не учится. Сын пропустил два года учебы, младшие и вовсе не знают, что такое школа. Как выяснилось, для этого не было средств – детей не на что было одеть. С середины января им преподают уроки в ЦАНе: математику, русский, казахский и английский языки.

- Отец бросил нас 4 года назад, где он живет, не знаем. Мы не хотим ехать обратно на родину, у нас там никого нет родных, дома нет, хотим остаться в Актау. Одно время мы работали вместе с мамой, помогали ей. Братишка собирал металлолом, как-то перебивались. Если просили у кого-то помощь на улице, на нас ругались, - говорит, плача, старшая дочь Венеры.

Наше общение прервали радостные возгласы детей: мама пришла! Они не виделись несколько дней. Слезы, счастливые улыбки, объятия… Мать пришла с автомойки, где в день зарабатывает около 800 тенге. Какой-либо специальности у нее нет. Сама она живет у снохи на одном из дачных участков, иногда ночует у знакомых.

- Я как-нибудь перебьюсь, главное, чтобы дети не оставались на улице. Чтобы они учились, как их ровесники, а не мыли машины, как я. Спасибо всем, кто нам сейчас помогает, дети сыты, одеты, в тепле, стали хорошо выглядеть. Я все время радуюсь, когда вижу их такими, - поделилась Венера.

Муж Венеры появляется редко, но если и приходит к детям, по которым, как он говорит, скучает, то через некоторое время вновь принимается за старое – пьет и гоняет детей и жену. Вот и еще одна история человека, которым могли бы заинтересоваться правоохранительные органы…

Как сказал Мади Ташов, в настоящее время в городском отделе образования и Департаменте защиты прав детей рассматривается вопрос об определении детей в школу, на уровне акимата города обсуждается проблема жилья для семьи.

Айман мечтает об одном: чтобы был свой угол, дети были рядом, чтобы получили образование. Признается, что простить мужа не сможет, с ней и старшая дочь согласна. А сын не смог однозначно решить. По всему видно, что дети скучают по папе, каким бы он не был. Вот и старшая дочь плача, говорит:

- Хочу, чтобы мама и папа были вместе…

Главе семейства уже за 40, одумается ли он, сможет ли дать своим детям то, что должен дать нормальный отец? Либо будет спокойно жить дальше, «повесив» на несчастную жену все заботы о пятерых общих детях? Напрашивается вопрос: для чего тогда жить?

Мы будет отслеживать историю этой семьи, и вернемся к ней в ближайших номерах газеты.